В день премьеры сериал «Король и Шут» собрал рекордные для онлайн-кинотеатра «Кинопоиск» 410 тысяч просмотров. Виной всему — широкая промо-кампания: выставка о творчестве коллектива «Панк-культура. Король и Шут» в центре «Винзавод», еженедельный подкаст с обсуждением новых серий и мерч1 на Яндекс.Маркете2.
Режиссер проекта Рустам Мосафир, снявший до этого «#Яжотец», «Розыск 2» и «Скиф», говорит, что его излюбленный прием — гротеск, что заметно и по бескомпромиссно жестокому боевику «Скиф», и по мистической хоррор-драме «Король и Шут». Всегда на грани между страшным и смешным.
Сериал не рассказывает о судьбах музыкантов, а конструирует Вселенную, переплетая реальные истории с сюжетами песен. Горшок и Князь появляются в средневековой таверне, где мужики съели жену, следуя тексту трека «Ели мясо мужики». Также в первых двух эпизодах проиллюстрировали песни «Внезапная голова» и «Лесник». Эти экранизации напоминают предновогодние сказки по Первому каналу, снятые на хромакее3 и выглядящие нарочито неправдоподобно.
Это точно не классический байопик4, а скорее многослойная сказка-притча, основанная на истории создания группы, отношениях участников и эпизодах-экранизациях некоторых песен «КиШ». «Истина кроется в простом», — говорит Андрей Князев в разговоре с сыгравшим его Владом Коноплевым. Сказка как раз такая простая, хотя и весьма многоплановая форма. Мифология песен «Короля и Шута» в целом довольно сказочная. Андрей Князев с теплом вспоминает «Бременских музыкантов» и мультфильм, снятый по мотивам сказки. До времен перестройки абстрактные образы были ресурсом для высказывания, поэтому выросшие еще в советском контексте участники группы наследовали этот метод.
Михаил Горшенёв любил Гоголя, создававшего мрачные мистические миры, и Эдгара По, сформулировавшего концепцию классического детектива. Гитарист «КиШ» Александр Балунов вспоминает Булгакова, придумавшего многослойные миры с ведьмами, говорящими котами и роковыми яйцами. Андрей Князев среди любимых авторов называет фантастов Стругацких и детективные истории Артура Конан Дойла. Если проследить за вкусами участников «Короля и Шута», можно понять основы стилистики их сюжетов, где оживают мертвецы, вурдалаки, колдуны и ведьмы. Часто песни рождались не из текста, а из визуальных образов, появившихся в рисунках Андрея Князева. Так, например, родился образ Шута, ставшего эмблемой музыкального коллектива.
Двухслойный мир сериала напоминает «Мастера и Маргариту» Михаила Булгакова. С одной стороны — Россия 90-х, а с другой — сказочные сюжеты песен «КиШ», отправляющие нас то в средневековое подземелье, то в лес на поиски принцессы.
Больше напоминает клип, чем байопик. Выступления группы занимают немалую часть хронометража5. Все начинается с концерта в «Юбилейном», который «КиШ» собрали на пике известности, кроме того, в кадре появляются выступления 1993-го, 1995-го и 2001-го годов.
Флешбеки6 выбиваются из общей стилистики сериала. Они будто сняты на пленку и отсылают нас к детству главных героев. Примечательно, что вместе с временем повествования меняется и соотношение сторон кадра. Флешбеки сложены в пленочные 4:37, эпизоды из основной концертной жизни группы — «киношные» 16:198.
Основное взаимодействие персонажей, во всяком случае в первых эпизодах сериала, построено на противостоянии Михаила Горшенёва и Андрея Князева — лучших друзей и идейных антагонистов9. Взбалмошный и немного безумный Горшок сдерживается спокойным и организованным Князем. При этом на экране герои не равноправны. Активно раскрывается внутренняя драма Горшенёва, но игнорируются возможные конфликты его товарища. Возможно, это связано с тем, что при создании сериала участие принимал сам Андрей Князев, хотя участник группы заявлял, что для него не имеет значения, кто будет играть его. В итоге из двух актеров на кастинге был выбран не напористый моралист, а Влад Коноплев, у которого, по словам Князя, «характер не проступает».
В интервью на канале «Кинопоиска» Андрей Князев говорит, что с недоверием относился к тем, кто хотел экранизировать историю группы и Горшенёва после смерти солиста: «Кто ты такой, чтобы снимать фильм про Горшка?». Единственным, кому Князь в любом случае доверил бы съемку такого проекта, был Алексей Балабанов, ушедший из жизни в 2013-м, как и Горшок. Но сейчас, спустя 10 лет после гибели музыканта, кажется, что пришло время обратиться к легенде о «Короле и Шуте».
Андрей Князев следил за кастингом на роль Михаила Горшенёва, отвергая большинство кандидатов за то, что те «корчили рожи» в попытках изобразить Горшка, и лишь Константину Плотникову удалось приблизиться к безумному, но глубокому образу фронтмена «КиШ». Драма великого творца — самая острая линия в сериале. Через образ Горшка создатели рассуждают о месте музыканта в вечности, о памяти и «опус магнуме»10 и о том, что будет после конца. Стоя на крыше «Юбилейного», солист Горшенёв произносит: «После того, как меня размажет, история русской музыки по-другому пойдет».
Игра актеров порой кажется перетянутой, как будто это не кино, а театральная постановка. Стилистически картинка тоже немного кукольная, бутафорская. Это может показаться кустарным, но на самом деле, за такой картинкой стоит кропотливая работа над костюмами, пятичасовое нанесение сложного глиняного грима на Евгения Ткачука, сыгравшего Шута и т.д.
«Когда я пришел на первый разговор с режиссером Рустамом Мосафиром, мы обсуждали, что это за конфигурация — Король и Шут, может ли Шут стать Королем? А что тогда делать Королю?», — рассуждает исполнитель роли Шута Евгений Ткачук.
Позиция и роль Шута до конца не определена, да, пожалуй, и не должна быть точной. Существует ли он лишь в голове Горшка как альтер-эго, Тайлер Дерден из «Бойцовского клуба»? Действует как внутренний голос или демон-искуситель? Или же он герой-резонер, транслирующий философию «КиШ»?
Помимо попытки передать дух и стиль хоррор-панк-группы создатели сериала стараются транслировать философию музыкального коллектива и, в частности, Михаила Горшенёва. Отсюда появляются диалоги о благах анархии и Кропоткине: «Нет, не готовы мы еще к анархии», — говорит Князь в одном из флешбеков. И разговоры вокруг панковского кредо: «Живи быстро, умри молодым». Рустам Мосафир признается, что никогда не был поклонником «КиШ», но его вдохновляла панк-эстетика: «Это такой хоррор и фолк-панк со своим стилем. Не могу сказать, что это был панк по музыке, но это точно был панк по поведению и взглядам на жизнь». Факультативно сериал обращается и к историческому контексту, который окружал группу: непростым 90-м, включая в первый эпизод драку бандитов в малиновых пиджаках с панками в кожанках, а также закату советской рок-сцены и поиску новых форм и смыслов для искусства.
Сериал нельзя назвать документальным следованием за историей группы и судьбой ее участников. Это автономное художественное высказывание с попыткой рассмотреть через рассказ о «КиШ» еще и непростую историю 90-х, панк-философию и драму музыкального гения.
