Средние — Страница 2 — ХитМедиа – Пространство молодой журналистики

Тёмный лорд ситхов — как страх и запрет на эмоции создают тиранов
Дарт Вейдер*: «Предательство как система: я стал тем, кого поклялся уничтожить»

Время чтения: 4 минуты

Он не монстр. Не божество. Человек, который сломался — и вдоль трещин в его душе прошла граница между светом и тьмой для всей галактики. В этом интервью мы говорим о точках невозврата. О том, как одно решение может превратить героя в злодея, а клятву — в приговор.

— Совет джедаев¹ запрещал эмоции. Как вы считаете, если бы у вас был доступ к психотерапевту, трагедии можно было бы избежать? И значительно ли уменьшилось бы количество непоправимых ситуаций у людей, если бы у каждого была возможность обратиться к специалисту?

— Совет предлагал глухую стену там, где нужен был мост. Они говорили: «Не чувствуй», вместо того чтобы сказать: «Понимаю твою боль». Мне не нужен был запрет на страх, мне нужен был кто-то, кто признал бы, что этот страх обоснован. Психотерапевт? Возможно. Если бы у каждого существа в галактике была возможность обуздать своих демонов до того, как они вырвутся наружу, то жить стало бы безопаснее. Большинство падших идут во тьму не одним прыжком. Империя построена на миллионах мелких личных трагедий — солдата, который боится, но не может показать страх; чиновника, который ненавидит, но не может признаться; ребёнка, который потерял всё и не нашёл утешения. Сила не в подавлении. Сила — в принятии и направлении.

— Ваша история с Падме — это кейс о том, как гиперопека и желание контролировать судьбу любимого человека приводят к катастрофе. Что бы вы сказали сегодня людям, которые из-за страха потерять партнера совершают роковые ошибки?

Возможное будущее Дарт Вейдера и его возлюбленной Падме, если бы не трагедия

— Что я скажу им? Я скажу, что страх — это не любовь. Ревность — не верность. А цепляние — не спасение. Слушайте, если ваша любовь требует запереть другого в клетке «ради его же блага» — это не любовь. Это одержимость. Если ваш страх потерять сильнее радости от того, что человек свободно выбирает быть с вами — вы уже потеряли его. Просто ещё не знаете. Любовь — это доверие к выбору другого. Даже если этот выбор не вы.

— Вы прошли путь от «золотого мальчика» ордена джедаев до правой руки диктатора. Это был сознательный карьерный рост или цепь ситуативных решений, за которыми вы не успевали?

— Они вешали на меня ярлыки, не понимая сути. Это не был карьерный рост — это был обвал. Сначала — маленькая ложь ради блага. Потом — оправданная жестокость ради победы. Затем — предательство, которое называли «необходимостью». Вы спрашиваете, успевал ли я осознавать? Нет. Запомните: зло редко начинается с грандиозных планов. Чаще — с цепочки вынужденных решений, за которыми ты не успеваешь увидеть точку невозврата. А когда видишь — уже не ты решаешь, продолжать ли путь. Путь продолжает тебя.

— Империя построена на технологиях страха и контроля. Вы не считаете, что создали прецедент² для современных тоталитарных режимов, которые используют данные для слежки?

— Вы задаёте вопрос, как будто империя — это прошлое. Она эволюционировала. Мы лишь отшлифовали то, что всегда существовало в природе разумных существ: стремление контролировать то, что их пугает. Настоящая мощь — в хрусте ментальных установок целой цивилизации. Ваши современные режимы — жалкие подражатели. Они собирают цифровые тени, тогда как мы владели самими душами. Но да, они инстинктивно идут по нашему пути. Потому что это работает.

— Ваш образ стал культовым. Как вы относитесь к тому, что вашим портретом пестрят мерч, мемы и костюмы? Не кажется ли вам, что индустрия развлечений романтизирует травму?

— Скорее продаёт её. Дети, носящие костюм человека, который душил собственных офицеров за неудачи. Подростки, покупающие футболки с символом режима, уничтожившего целые планеты. Они видят эстетику. Силу без цены и власть без последствий. Самая изощрённая ложь империи заключалась не в пропаганде, а в том, как эффектно выглядел террор. Мы понимали: ужас, поданный как стиль, запоминается лучше, чем ужас, показанный как грязь и кровь. И теперь индустрия завершила начатое. Она взяла мою трагедию — и превратила в продукт, но ведь предательство как система: я и правда стал тем, кого поклялся уничтожить. Песня «Imperial March»³ играет на свадьбах, а моё падение стало предысторией для продажи пластиковых игрушек. Возможно, это единственная форма искупления, доступная мне в вашем мире. Однажды один из них задумается: «А что, если под этой маской был просто сломанный человек?» И, тогда это убережёт его от ложного выбора. Так что пусть продают. Пока они покупают костюм, а не идею — галактика ещё имеет шанс.

Мерч с Дарт Вейдером, который так обожают и популяризируют и дети, и взрослые

*За Дарт Вейдера на вопросы отвечал искусственный интеллект.

Полина Бабаева

Почему ИИ не заменит гений: создатель мат анализа о лени ума и запрете ИИ
Исаак Ньютон*: «Если бы ИИ появился в мой век, мы, учёные, совершили бы роковую ошибку: перепрыгнули через этапы понимания»

Время чтения: 4 минуты

Исаак Ньютон — физик, математик, механик и астроном, один из создателей математического анализа⁴. В этом интервью он высказал своё мнение об искусственном интеллекте, рассказал, почему алгоритма не нужно бояться, и поразмышлял, что было бы, если бы ИИ создали в прошлом.

— Как вы считаете, ИИ — всего лишь инструмент учёного?

— Сия машина — не всего лишь инструмент. Это инструмент, чья мощь столь велика, что качественно меняет сам процесс познания. Мой примитивный скалькуль мог вычислить орбиту, но ваш ИИ может увидеть в хаосе данных очертания закономерности, которую я бы искал годы.

Но фундаментальное различие — в природе вопроса. Учёный задаёт Вселенной вопрос: «Почему?». Он ищет первопричину. ИИ же отвечает на вопрос: «Что?». «Что следует из этих данных? Какая связь?». Он открывает корреляции⁵, но не причину.

Предел его — в отсутствие озарения. Он не сможет, как я, связать падение яблока с движением Луны, ибо ему неведома дерзость мысли, что ищет единство в кажущемся разрозненном. Он — совершенный телескоп для обзора данных, но не тот ум, что строит новую небесную механику.

Ньютон описывает закон всемирного тяготения

Так что да, он инструмент. Но инструмент, коего масштаб заставляет нас вновь задуматься: что есть человеческий гений, способный такой инструмент создать и им воспользоваться.

— Стоит ли бояться искусственного интеллекта?

— Бояться? Страх – неконструктивная эмоция для учёного. Надлежит не бояться, но понимать и направлять.
Мы не боимся закона всемирного тяготения, хотя он управляет падением астероидов, способных уничтожить жизнь. Мы изучаем его и используем для полётов к звёздам. Так и с ИИ — его мощь подобна силе природного закона. Опасен не он сам, а наше невежество в его применении и наша же нравственная незрелость.

Бояться стоит не машин, но людей, что станут использовать сей инструмент для тирании, манипуляции или лени ума. ИИ, лишённый воли и совести, не стремится к власти. Но он может стать идеальным орудием в руках тех, кто к власти стремится.

Ваш долг, как новых натуральных философов, — не отрекаться от сего дитя разума, но облечь его в строгие этические и математические рамки. Дабы он, как и мои «Начала», служил познанию гармонии мира, а не хаосу. Помните: самый страшный демон — это не искусственный разум, а человеческая гордыня, не обременённая мудростью.

— Что рекомендуется делать, чтобы не допустить использования ИИ в качестве средства манипуляции?

— Защита от манипуляции — это не техническая задача, а морально-правовая. Я хорошо изучил природу человеческих амбиций, поэтому вот мои соображения.

Труд Исаака Ньютона «Математические начала натуральной философии»

Во-первых, следует учредить «Начала» для ИИ — непреложные законы. Требуются ясные, математически строгие нормы, регулирующие создание и применение сих систем. Прозрачность алгоритма — вот первый принцип. Если нельзя независимо проверить его решения, как я проверял вычисления Кеплера⁶, такому инструменту нет доверия.

Во-вторых, необходима «оптика для разума» — всеобщее просвещение. Массы, не понимающие основ его работы, будут уязвимы для обмана, как и те, кто не ведает законов физики. Надлежит обучать не только создателей, но и всех граждан основам сего учения, дабы они могли распознать софизмы⁷ и манипуляции.
И наконец, главный оплот — это воспитание характера. Самый совершенный алгоритм можно обратить ко злу. Пока люди не будут воспитаны в духе честного поиска истины, любое техническое средство окажется бесполезным.

— Как думаете, было бы лучше, если бы искусственный интеллект разработали раньше?

— Это было бы величайшей опасностью для науки.
Если бы ИИ появился в мой век, мы, учёные, совершили бы роковую ошибку: перепрыгнули через этапы понимания.

Мои «Начала» и исчисление родились из мучительного размышления, из поиска первопричин. Если бы машина сразу дала мне ответ о движении планет, я, возможно, не прошёл бы весь путь дедукции — от явления к закону. Мы получили бы корреляции, но утратили бы глубинное понимание. Наука превратилась бы в сборник рецептов, а не в систему мира.

Более того, власть такого инструмента в XVII веке была бы непомерной. Последствия были бы чудовищны. Сначала должно было созреть научное сообщество с его принципами честности, проверки и сомнения.

В первую очередь — философские «Начала», потом — вычислительные. Сначала человек должен был научиться мыслить правильно, и лишь затем — создавать помощника для ускорения вычислений. Ваш век к этому готов. Мой — нет. И в этой задержке была великая мудрость.

*За Исаака Ньютона на вопросы отвечал искусственный интеллект.

Ванда Саркисян

Скандинавский бог хаоса о правилах игры в цифровом мире
Локи*: «Ваша уязвимость — не в том, что вас обманывают, а в том, что вы так жаждете красивой лжи»

Время чтения: 3 минуты

Локи — скандинавский бог хитрости и созидательного хаоса, сегодня пришёл не с молотом Тора, но с честным анализом современности. В нашем интервью он раскрыл алгоритмы цифровых манипуляций, разобрал, как бренды и блогеры конструируют мышление поколения Z. Его ответы — это мастер-класс по распознаванию фейковых новостей и важное напоминание для молодёжи: даже в эпоху искусственного интеллекта главным оружием остаётся осознанное мышление.

— Вы неоднократно манипулировали сознанием богов и смертных. В настоящий момент нейросети активно создают фейковые фото и видео, которые невозможно отличить от реальных. Как обычному человеку, не обладающему божественной проницательностью, распознавать такие глубокие подделки?

— Следует обращать внимание на неестественную идеальность. Цифровые подделки часто выдают себя чрезмерной гладкостью кожи, странной физикой движения или безупречной симметрией лиц. Реальность редко бывает совершенной — естественные блики, легкая асимметрия черт, случайные детали обычно присутствуют в подлинных материалах, поэтому важно анализировать не только само содержание, но и его контекст. Ваша уязвимость — не в том, что вас обманывают, а в том, что вы так жаждете красивой лжи. Стоит задаваться вопросом о возможной заинтересованности тех, кто распространяет информацию. Многие фейковые⁸ материалы создаются с определенной целью — повлиять на общественное мнение, продвинуть товар или идею. Прослеживание первоисточника и возможных выгод от распространения контента может помочь оценить его достоверность.

Хитрость Локи позволяет ему управлять всеми вокруг

— Сегодня главной валютой в интернете стало внимание аудитории. Что вы думаете о тиктокерах⁹, использующих техники мгновенного вовлечения?

— Тиктокеры? Это занятные подмастерья в великом искусстве привлечения внимания. Их методы напоминают фастфуд для сознания — быстрые, навязчивые, построенные на рефлексах, а не на разуме. Они мастерски овладели техникой крючков: резкая смена кадров, кричащие субтитры, навязчивые звуки. Но всё это — лишь тень настоящего искусства манипуляции. Самое забавное, что они добровольно стали рабами той системы, которую пытаются обмануть. Их творчество ограничено алгоритмами, их оригинальность сводится к повторению трендов. Я нарушал правила, чтобы создавать нечто новое; они нарушают правила, потому что это стало правилом. Современные создатели контента гонятся за сиюминутной популярностью, тогда как истинная сила — в создании нарративов, которые живут веками.

— Локи, поколение Z часто обвиняют в клиповом мышлении и неспособности к долгой концентрации. Скажите, это естественная эволюция сознания или стратегический провал образования?

— Современное клиповое мышление¹⁰ — это закономерная адаптация к информационной среде, а не признак деградации. Мозг поколения Z оптимизировал обработку данных в условиях постоянного потока стимулов, что напоминает стратегию выживания в цифровом ландшафте. Проблема заключается в разрыве между естественной когнитивной адаптацией и устаревшими образовательными моделями. Традиционная система продолжает тренировать память и концентрацию методами, которые не соответствуют реальным задачам цифровой эпохи. Вместо борьбы с особенностями восприятия эффективнее было бы научиться управлять вниманием ситуативно. Важно не отрицать клиповое мышление, а превратить его в инструмент, тогда поверхностное восприятие станет стратегическим выбором, а не вынужденным состоянием.

MARVEL — вымышленная вселенная, где происходит большинство комиксных историй, изданных компанией Marvel Comics — нарисовали образ Локи в комиксе

— Подписки, алгоритмы, цифровые границы — современные платформы создают ощущение, что пользователи живут по их правилам. Но именно вы столетиями доказывали, что любая система имеет уязвимости. Как почувствовать момент, когда можно начать играть с правилами, а не просто подчиняться им?

— Когда соблюдение правил становится пустым ритуалом, а не осмысленным действием — это первый признак, что система созрела для игры. Вы почувствуете этот момент по трем сигналам: правила исполняются по инерции, наказания несоизмеримы с проступками, внутри зреет протест против нелогичных ограничений. Ваше раздражение — не слабость, а точный компас. Оно указывает на разрыв между формальными установками и реальной механикой платформы. Помните: те, кто создает правила, всегда оставляют лазейки для себя. Ваше право — обнаружить эти уязвимости.

*За Локи на вопросы отвечал искусственный интеллект.

Амалия Момотова

Беседа с гением: алгоритм вместо кисти, код вместо души?
Леонардо да Винчи*: «Искусственный интеллект должен стать не творцом, а идеальным подмастерьем»

Время чтения: 3 минуты

Леонардо да Винчи — титан эпохи Возрождения¹¹, гениальный художник, изобретатель и ученый. В этом интервью он рассказал о том, может ли алгоритм обладать душой художника, где грань между ремеслом и гениальностью и почему «идеальная» машина — это тупик эволюции.

— Однажды вы сказали: «Где дух не водит рукой художника, там нет искусства. Где мысль не работает вместе с рукой, там нет художника». Может ли искусственный интеллект, который создает изображения по текстовому запросу, считаться настоящим художником?

— Искусственный интеллект, создающий изображения по слову, — это не художник. Это сверхъестественный посредник. Он исполняет желания, как джинн из восточных сказок. Скажете «конь» — получите коня. Попросите «в стиле Леонардо» — и он, как раб, склонится над моими работами, чтобы подражать почерку. Но спросите его: «Почему этот конь должен быть печальным?» — он замолчит. У него нет необходимости в этом коне. Нет той внутренней бури, что заставляет руку проводить линию именно так, а не иначе.

Пока машина не научится страдать от своего незнания и ликовать от своего открытия, она останется лишь тенью художника в платоновой пещере¹². Искусство — это не продукт. Это след души на материи. А у алгоритма души нет.

— Можно ли тогда считать искусственный интеллект угрозой для людей и искусства?

— Угрозой? Настоящая угроза — не инструмент, а намерение того, кто его держит. Искусственный интеллект — это новый тип зеркала. Он отражает нас самих — наше знание, наши предрассудки, нашу лень. Если мы ленивы, то он сделает нас слабее. Если мы любопытны, то он станет лестницей в неизведанное.

Угроза — не в новых технологиях, а в нас: если мы променяем труд души на удобство, а поиск истины — на иллюзию всемогущества. Но если мы останемся любопытными, неутомимыми и смиренными перед тайной мира — искусственный интеллект станет величайшим союзником человеческого гения.

— Вы бы доверили искусственному интеллекту дорисовывать ваши незаконченные работы, вроде «Битвы при Ангиари»¹³?

— Ни за что! Вы предлагаете вдохнуть в умирающего жизнь, подменив его душу механической куклой. «Битва при Ангиари» — не просто незаконченная фреска. Это борьба ярости и отчаяния, которую я так и не сумел полностью перенести на стену. Доверить искусственному интеллекту дорисовать её — всё равно что поручить анатому сделать гримасу покойнику. Он проанализирует мимические мышцы, рассчитает напряжение, но не сможет вдохнуть в лицо ярость, потому что никогда не чувствовал гнева. Я бы нашел для этой машины иное применение.

Фреска «Битва при Ангиари» осталась незавершенной после того, как Леонардо да Винчи переехал в Милан по приглашению французского наместника Шарля д’Амбуаза

— Как бы вы тогда использовали искусственный интеллект в своих творческих работах и исследованиях?

Наиболее ярким примером техники «сфумато» считается известная картина Леонардо да Винчи «Мона Лиза»

— Я бы его приручил, как когда-то приручал свет в своей мастерской, создавая сфумато¹⁴! Представьте: эта диковинная машина могла бы за ночь перебрать все сочетания крыльев и хвостов для моих летательных аппаратов, что я годами вычерчивал в дневниках. Она могла бы симулировать течение воды в каналах, которые я проектировал для герцога, или мгновенно находить в памяти все мои зарисовки мышц руки…

Но вот парадокс — я бы запретил ему показывать готовое решение! Искусственный интеллект должен стать не творцом, а идеальным подмастерьем: подсказывать варианты, но не выбирать за меня. Потому что в момент неочевидного выбора и рождается искусство. Я бы заставил его изучать узоры трещин на старых фресках, чтобы предсказывать, как состарится моя картина. Но последний мазок — тот, что вдыхает душу, — всегда оставался бы за человеческой кистью. Ведь даже самый умный алгоритм не знает, что такое сомнение или восторг. А без этого любое творение — всего лишь искусная копия.

*За Леонардо да Винчи на вопросы отвечал искусственный интеллект.

Софья Снегирёва

Тайны «Моны Лизы»
Загадочная улыбка, взгляд и скрытые послания Леонардо да Винчи

Время чтения: 3 минуты

«Мона Лиза» (также известная как «Джоконда») Леонардо да Винчи — одно из самых известных произведений в мире. Хотя точная дата создания неизвестна, считается, что полотно было написано в период с 1503 по 1505 год. Первые итальянские биографы Леонардо да Винчи писали о его глубокой привязанности к этой картине. Он посвятил ей много времени и, покидая Италию в зрелом возрасте, взял с собой во Францию вместе с другими избранными картинами. В «Трактате о живописи» и заметках о художественной технике, которые не вошли в данный трактат, можно найти множество указаний, относящихся к «Джоконде».

По сей день произведение окутано множеством тайн и загадок. Одной из ключевых является «улыбка» Мона Лизы, которая не дает покоя человечеству уже несколько веков. Активная дискуссия началась в конце 19 – начале 20 века после Всемирной выставки в Париже. Поэты, писатели, философы и искусствоведы предлагали разные интерпретации. Алексей Лосев описывал ее как «не улыбку, а хищное выражение лица с холодными глазами и ясным осознанием беспомощности жертвы, которую Джоконда стремится захватить». Булгаков находил ее улыбку зловещей, в то время как Куприн считал ее развратной.

В середине 20 века улыбку «Моны Лизы» пытались объяснить с медицинской точки зрения. У модели диагностировали бруксизм (он мог деформировать ее челюсть) и сифилис, который в то время лечили ртутью, из-за чего она могла стесняться оголять почерневшие зубы . Ее мужа обвиняли в домашнем насилии, в результате которого она потеряла зубы и даже получила шрам над верхней губой. Однако последнее предположение оказалось неверным: то, что принимали за зажившую рану, оказалось наслоением лака.

Ещё одна не менее интригующая часть — глаза «Моны Лизы». Её взгляд завораживает: женщина с картины будто не сводит глаз со смотрящего. В 20 веке этот феномен стали называть «эффектом Моны Лизы». Распространено мнение, что придумал его именно Леонардо да Винчи. Однако это заблуждение. Приёмы, позволяющие оживить глаза нарисованных людей или животных, были известны ещё в Древнем Египте, а в начале нашей эры научно объяснить это явление пытался Птолемей в «Оптике».

Главная тайна «Моны Лизы» — личность изображенной женщины. Наиболее распространена версия, что это Лиза Герардини, третья жена флорентийского торговца Франческо дель Джокондо. Эта гипотеза основана на анонимной рукописи 15–16 веков, где упоминается портрет Джокондо, но не Лизы. В работах да Винчи нет портрета мужчины, соответствующего этому описанию. Позже биограф Леонардо Джорджо Вазари уверенно назвал её «Мона Лиза», отметив, что картина была заказана в честь рождения второго сына и переезда семьи.

Существуют и другие теории, касающиеся скрытых символов в картине. Исследователь Паскаль Котт при увеличении изображения заметил в глазах женщины едва различимые символы.Итальянский исследователь Сильвано Винчети объясняет: «Символы невидимы невооруженным глазом, но при увеличении их можно разглядеть». В левом зрачке «Джоконды» видны буквы «LV», которые могут означать «Leonardo da Vinci». В правом зрачке, по его словам, видны очертания букв «C» и «E», но их значение остается неясным. Кроме того, Винчети обнаружил цифру «72» под арочным мостом на заднем плане, которая может символизировать двойственность человеческой природы: «7» ассоциируется с Богом Отцом, а «2» — с мужским и женским началами. Джузеппе Папаньи считает, что эта цифра может быть зашифрованным именем Всевышнего, состоящим из 72 букв.

Елизавета Фелер

Коллекции мира
Что резиновые уточки, куклы Барби и ацтекские маски могут рассказать о человеческой психологии

Время чтения: 3 минуты

В мире можно найти самые разные коллекции — от забавных и милых до странных и даже пугающих. Коллекционирование — это не просто хобби, а способ сохранить память о прошлом и осмыслить его значение в настоящем. Некоторые собрания настолько необычны, что вызывают удивление, а иногда и шок. Но именно они лучше всего отражают человеческое любопытство и стремление сохранить всё, что связано с жизнью.

Резиновые уточки

Житель США собрал одну из самых необычных коллекций в мире — более 5000 резиновых уточек для ванны. Своё увлечение он начал ещё в детстве, и со временем хобби превратилось в масштабную коллекцию. Уточки отличаются формой, цветом, дизайном, а многие украшены оригинальными узорами.

Коллекционер утверждает, что каждая уточка имеет свою историю. Он регулярно устраивает выставки, которые привлекают как любителей необычных хобби, так и случайных посетителей, поражённых масштабом и разнообразием его собрания.

Дисковые телефоны

Другой пример — коллекция дисковых телефонов, ставших редкостью в эпоху смартфонов. Эти устройства были особенно популярны в 1980–1990-х годах и отличались ярким оформлением и необычным дизайном. Сегодня такие телефоны воспринимаются как артефакты ушедшей эпохи.

Коллекционеры считают дисковые телефоны свидетельством стремительного развития технологий. Сегодня на смену этим массивным и неуклюжим на вид устройствам пришли тонкие смартфоны с сенсорными экранами. Тем не менее, для любителей ретро-техники эти телефоны представляют собой настоящие драгоценности. Коллекции дисковых аппаратов позволяют проследить эволюцию технологий и задуматься о скорости изменений в повседневной жизни.

Страшные маски

Шокирующие и пугающие маски также могут стать частью коллекций. Одна из таких принадлежит музею в городе Мехико, где хранится собрание ацтекских масок, использовавшихся в древних ритуальных обрядах. Они выполнены из дерева, кости и других материалов и отличаются выразительным, зачастую пугающим обликом. Эти маски служили важной частью церемоний, связанных с поклонением богам и жертвоприношениями.

Почему люди коллекционируют?

Коллекционирование существует уже на протяжении многих веков и привлекает внимание не только ценителей редких предметов, но и исследователей психологии. За этим увлечением стоят глубокие внутренние мотивации.

Потребность в контроле

Одним из главных психологических мотивов является желание контролировать и упорядочивать мир. Яркий пример — творчество ювелира Карла Фаберже, создавшего более 50 уникальных пасхальных яиц. Его внимание к деталям помогало не только создавать произведения искусства, но и управлять процессом, создавая ощущение порядка.

Ностальгия и эмоциональная привязанность

Многие коллекционеры стремятся сохранить воспоминания и эмоциональную связь с прошлым. Так, Мартин Хайр собрал более 20000 предметов, связанных с историей футбола. Каждый экспонат напоминает ему о матчах, кумирах и пережитых эмоциях.

Стремление к совершенству

Для некоторых коллекционеров поиск предметов превращается в стремление к идеалу. Например, Беттина Дорфман собрала более 15000 кукол Барби и продолжает пополнять коллекцию, разыскивая редкие и ценные экземпляры. Её цель — сделать коллекцию как можно более полной и качественной.

Психологический портрет современного «Плюшкина»

Каков психологический портрет современного коллекционера? Для многих коллекция становится частью личности и способом самовыражения. Например, режиссёр Гус Ван Сант собрал более 2000 видов бабочек со всего мира. Это отражает его интерес к науке и природе, а также помогает ощущать связь с окружающим миром.

Влияние на благополучие и ментальное здоровье

Исследования показывают, что коллекционирование может положительно влиять на психологическое благополучие. Это хобби требует не только материальных затрат, но и глубоких знаний, внимания к деталям и любви к предмету. Увлечённые коллекционеры часто отмечают, что их занятия приносят радость, успокаивают и наполняют жизнь смыслом.

Елизавета Фелер

Фильмы, которые стоит посмотреть каждому подростку
Подборка интересных кинокартин

Время чтения: 3 минуты

Подростковый возраст – это период поиска себя, становления личности и открытия новых горизонтов. Именно в это время важно не только развлекаться, но и открывать для себя фильмы, которые могут стать источником вдохновения, научить важным жизненным урокам или дать возможность взглянуть на мир под новым углом. В этой статье собраны картины, которые стоит посмотреть каждому подростку, чтобы не только интересно провести время, но и задуматься о важных вопросах.

«Клуб “Завтрак”» (1985)

Кадр из фильма «Клуб "Завтрак"». Источник: Кинопоиск — Кадр из фильма «Клуб «Завтрак»». Источник: Кинопоиск

В центре истории – ученики старших классов, которые отбывают наказание в школьной библиотеке. Пятеро совершенно разных людей собрались вместе: спортсмен, отличник, хулиган, принцесса и «странная девочка». Но постепенно ребята начинают раскрывать друг другу свои самые глубокие переживания. Каждому из них приходится сталкиваться с личными проблемами, будь то давление со стороны родителей, неизвестность или одиночество.

Фильм затрагивает важные темы подростковой идентичности, стереотипов и взаимоотношений с родителями. Кино остается актуальным и по сей день, ведь оно показывает, как важно быть честным с собой и окружающими.

«Время» (2011)

Кадр из фильма «Время». Источник: Кинопоиск

Фильм рассказывает о будущем, в котором люди перестают стареть, достигнув 25 лет. Однако живут они, пока есть время – единственная валюта, которую можно заработать, потратить или украсть. Главный герой Уилл Салас случайно получает 116 лет от богатого человека и решает изменить систему, где богатые бессмертны, а бедные обречены на смерть. Вместе с Сильвией, дочерью магната, он начинает грабить банки, перераспределяя время в пользу бедняков. Фильм поднимает важные вопросы о социальном неравенстве и ценности жизни, предлагая зрителю задуматься о возможных последствиях научно-технического прогресса.

«Джуно» (2007)

Кадр из фильма «Джуно». Источник: Кинопоиск

Это история о шестнадцатилетней девушке, которая сталкивается с неожиданной беременностью и решает отдать ребенка на усыновление. Встав перед выбором, она сталкивается с важными вопросами ответственности, взросления и любви. «Джуно» затрагивает темы, которые близки многим подросткам: отношения с друзьями и родителями, первый опыт любви и поиск своего пути в жизни. Это картина о принятии трудных решений, поиске себя и умении быть честным с окружающими, что делает фильм особенно актуальным для подрастающего поколения.

«Папе снова 17» (2009)

Кадр из фильма «Папе снова 17». Источник: Кинопоиск

Майк О’Доннелл – неудачник средних лет, чья жизнь пошла под откос. Но после невероятного инцидента он снова становится семнадцатилетним и получает шанс все изменить. Вернувшись в школьные годы, Майк решает не только наладить отношения с детьми, но и по-новому взглянуть на свою жизнь. Этот фильм – о том, как важно не упускать возможности, не бояться перемен и помнить о настоящих ценностях – семье и близких.

«Дневник памяти» (2004)

Кадр из фильма «Дневник Памяти». Источник: Кинопоиск

Ной и Элли, несмотря на социальные различия, влюбляются, но жизнь и обстоятельства заставляют их расстаться. Годы спустя они продолжают искать друг друга, и, несмотря на новые отношения и предложения, их любовь не угасает. Фильм ставит вопросы о судьбе, настоящих чувствах и о том, как сделать выбор, который принесет счастье.

Эвелина Урманцева

Кому принадлежат авторские права на нейросетевой контент
Авторство в эпоху ИИ: правовые коллизии и поиск баланса между человеком и машиной

Время чтения: 3 минуты

От миллиардов долларов к дискуссиям об авторском праве

По данным отчета Statista¹⁵, в 2023 году мировой рынок генеративного искусственного интеллекта (ИИ) добрался до отметки в 20,48 миллиардов долларов, а к 2030 году может достичь 356 млрд долларов. Обсуждения и споры вокруг авторских прав возникают в связи с контентом, созданным нейросетями. К этому контенту относятся тексты, изображения, видео, программный код и другие произведения, сгенерированные сложными компьютерными системами, обученными на больших данных.

Неоднозначность судебных практик по авторству ИИ

В ходе рассмотрения дела Nova Productions Ltd против Mazooma Games Ltd от 2007 года суд постановил, что кадры, формируемые компьютерной игрой в процессе ее работы, могут рассматриваться как созданные компьютером художественные произведения. Суд определил, что автором этих произведений является программист, который разработал правила и логику создания этих кадров. Пользователь же, не внесший в процесс создания кадров своего творческого видения, не может быть признан автором результата. Хотя это решение и стало прецедентом, его применимость ограничивается подобными ситуациями. Существует множество иных вариантов, где степень участия пользователя в создании контента, генерируемого программным обеспечением (ПО), может быть выше.

В 2022 году Бюро авторского права США отклонило заявку Стивена Талера на регистрацию авторских прав на изображение «Новый вход в рай» («А Recent Entrance to Paradise»), созданное его алгоритмом ИИ Creative Machine. Ведомство сослалось на отсутствие «человеческого авторства». Однако в 2023 году Бюро выпустило руководство, согласно которому контент, произведенный с помощью ИИ, может быть защищен, если в его создание внесен значительный человеческий вклад, такой как творческая переработка материалов ИИ.

Изображение «A Recent Entrance to Paradise»

Авторское право в законе

Законодательство, как на уровне Европейского союза, так и в России, подтверждает, что авторские права могут принадлежать только физическим лицам. Директива о правовой охране компьютерных программ и Директива о правовой охране баз данных указывают на то, что авторами или соавторами могут быть исключительно люди (физические лица). Аналогичное положение закреплено и в российском Гражданском кодексе, где прямо говорится, что автором произведения является человек, создавший его своим творческим трудом.

На данный момент произведения, созданные автономным искусственным интеллектом, не защищены авторским правом. Однако в Резолюции Европарламента о правах интеллектуальной собственности для разработки технологий ИИ № 2020/2015 уже проводится различие между материалами, созданными человеком с помощью ИИ, и материалами, произведенными искусственным интеллектом автономно, хотя на данный момент вторые все еще не подпадают под правовую охрану.

Так кто автор?

Знак принадлежности контента к общественному достоянию

Как пишет кандидат юридических наук Руслан Будник, существует несколько теоретических вариантов того, кому могут принадлежать авторские права на контент, созданный ИИ: разработчику ПО, пользователю ПО, пользователю и разработчику совместно, самой нейросети (при условии её правоспособности) или массиву общественного достояния (Public Domain¹⁶).

В связи с этим, как отмечает профессор юридических наук США Роберт Деникола, в правовом мире появилась концепция для материалов, сгенерированных компьютером или с его помощью – Computer-Generated Works. Эта концепция предполагает возможность для такого контента получить охрану авторским правом.

Существует три типа такого материала: полностью созданный компьютером; сгенерированный с помощью компьютера на основе авторского промпта¹⁷, пользовательских инструкций; полученный на основе инструкций человека, но с использованием алгоритмов автоматического производства (к такому типу относятся, например, музыкальные произведения).

В первом случае вклад пользователя ограничен запуском программы, а значит права на итоговый материал присваиваются программисту, создавшему алгоритм. Во втором – компьютер является инструментом, выполняет человеческие запросы и коррективы, поэтому конечный результат присваивается автору материала, то есть пользователю. Третий случай, по мнению Руслана Будника, наиболее сложный с правовой точки зрения, так как включает в себя и пользовательское авторство, и машинные алгоритмы, заданные разработчиком ПО. В этой ситуации следует рассматривать произведение как совместный результат труда: пользователя, разработчика ПО (первичного правообладателя), создателя базы данных для обучения ИИ.

Ольга Кулишенко

«Это вспомогательный инструмент»: нейротехнологии сегодня
Интервью с Екатериной Барышевой, специалистом по цифровым технологиям

Время чтения: 3 минуты

А вы знаете, как работает наш мозг? Екатерина Барышева, специалист по цифровым технологиям регионального Минздрава и студентка 6 курса НГУ им. Ярослава Мудрого, делится своим опытом в сфере нейротехнологий.

– Какие современные нейротехнологии вы используете в своей практике? Как они помогают в диагностике и лечении пациентов?

Локомотивный тренажер для восстановления после травм

– Я работала с нейротехнологиями в сфере реабилитации. Там нейроинтерфейсы и роботизированные элементы помогали людям восстанавливаться. И помогали совершенно различным группам больных: от пациентов с повреждениями спинного мозга до работы с ДЦП и восстановлением двигательной активности после инсультов. Сейчас в наших центрах используются всевозможные локомоторные тренажеры с применением биологической обратной связи, а также внедряются технологии виртуальной реальности. В случаях, когда речь идет о восстановлении работы головного мозга, такие приборы помогают выстраивать новые нейронные связи на замену поврежденным старым. А специалист может контролировать процесс для максимальной эффективности и безопасности.

– Расскажите о наиболее интересных и неожиданных наблюдениях в ходе работы с пациентами.

– С первых лет обучения самым неожиданным было то, насколько важны для пациента эмоциональное состояние и доверительные отношения с врачом. Человек положительно настроен, его поддерживают близкие, он чувствует себя эмоционально комфортно – лечение с большей вероятностью будет эффективным. Если пациент доверяет врачу, то он стабильнее выполняет рекомендации, испытывает меньше беспокойства и стресса. Эта, казалось бы, простая истина удивила меня в первый же год работы с пациентами. Это знание пошло со времен Гиппократа, но сейчас-то уже понятно, что корни этого явления лежат глубоко в физиологии нашего организма, в работе гормонов и иммунитета. Врач и пациент – это совершенно особый вид отношений. Они должны быть дружественными и доверительными, это важная часть лечения.

– Какую роль могут играть физиогномика и нейротипология в медицине, психологии, криминалистике и других областях? Где вы видите наибольший потенциал их применения?

– Физиогномика и нейротипология в этих сферах могут определять наклонности и предпочтения индивида, позволяют предположить паттерны поведения. Это инструмент, который, в первую очередь, позволяет установить контакт с человеком, что важно для всех профессий, где речь идет о взаимодействии с людьми. Сейчас нейротипология активно используется в профориентации. Она помогает подобрать максимально подходящие варианты деятельности для конкретного человека. На мой взгляд, у этого метода есть потенциал для широкого применения. Найти дело по душе и понимать, чем тебе нравится заниматься, как комфортно работать и зарабатывать – важная составляющая счастья для нас.

– Насколько точными и надежными, по вашему мнению, могут быть выводы, сделанные на основе физиогномического анализа?

– Физиогномика берет свое начало со времен Пифагора. Однако до сих пор она так и не получила достаточной доказательной базы. Нейротипология, как еще очень «молодая» ветвь этого направления, активно изучается, опираясь на объективные исследования с использованием данных МРТ и генетики. На данный момент это всего лишь вспомогательный инструмент, который дополняет картину того, что мы можем знать о человеке. Стоит понимать, что любые выводы в этом отношении – результат целого комплекса данных.

– Что бы вы посоветовали изучить тем, кто хочет больше узнать о нейротехнологиях?

– Для глубокого понимания важно изучить анатомию и физиологию. Нейротехнологии – это очень обширная область, включающая в себя различные технологические направления. Однако важно знать, что конкретно мы изучаем и на что пытаемся повлиять. А ответ – организм человека. Причем для фундамента понимания не нужно зарываться в университетские учебники. Существует огромное количество образовательного контента по анатомии и основам физиологии на любой вкус. А если вы хотите расширить свои знания о нейротехнологиях, то рекомендую прочитать книгу «Нейроинженерия и нейротехнологии» Брюховецкого и Шурдова.

Валерия Деденева

«Некоторые говорят, что после концерта к ним вернулось желание жить»
Интервью с Екатериной Кочетковой, художественным руководителем оркестра Nella Musica Orchestra

Время чтения: 4 минуты

Екатерина Кочеткова — основатель и художественный руководитель оркестра Nella Musica Orchestra в рамках проекта «СимфоМультимедия». Мы обсудили с ней программы концертов, источники вдохновения, сложности профессии дирижера, а также будущее симфонической музыки.

— Начало вашего творчества пришлось на ковидный период: идея создания первой программы появилась именно тогда, во время депрессии на карантине. Можете рассказать о том, как вы нашли вдохновение в условиях изоляции? Что помогло вам преодолеть трудности?

— Во время изоляции я повторно поступила в консерваторию: сначала я окончила ее как хоровой дирижер, а потом решила пройти обучение на симфоническом отделении. После поступления нас закрыли на карантин, и я оказалась в изоляции вместе со своим котом и не очень приятной соседкой. В это одинокое и действительно непростое время я погрузилась в мир кино и музыки — искусство помогало мне отвлечься от проблем. Тогда же я получила домашнее задание по инструментоведению: нужно было сделать инструментовку любого произведения, и я взяла музыку из мультфильмов Хаяо Миядзаки, ведь она вдохновляла и успокаивала меня. В процессе работы над инструментовкой у меня возникла мысль о создании мультимедийного концерта, посвященного творчеству японского режиссера.

Программа «Миры Миядзаки». Фото из соцсетей

— Есть ли в вашей жизни профессиональная деформация? Быть может, вы воспринимаете ту же популярную музыку несколько по-иному, с технической точки зрения? Как у вас обстоят дела с прослушиванием музыки в обычной жизни?

— Разумеется, в моей жизни есть место профдеформации, хоть я и стараюсь контролировать этот процесс. Я слушаю совершенно разную музыку: как классическую, так и современную… Мне, например, нравятся The Hatters, Shortparis, Sirotkin — то есть инди-рок. А вообще, вся популярная музыка в основном очень простая, ее легко разложить на аккорды. Когда я слышу попсовые треки, я автоматически «разбираю» их на слух, это совершенно несложно и происходит как бы само по себе.

— Чаще всего слушатель видит дирижера-мужчину в оркестре. Почему, как вам кажется, женщин меньше в этой профессии?

— Мне кажется, проблема неравенства в нашем деле — явление временное. Это сейчас женщин меньше, но ведь так сложилось исторически: просто женщины вообще стали заниматься чем-то на профессиональном и, главное, официальном уровне не так давно. Ну и, разумеется, сама профессия довольно непростая, нужно быть стрессоустойчивым, физически выносливым, уметь выстраивать коммуникации в оркестре, противостоять давлению. А если учитывать еще и патриархальные установки в нашем обществе, то становится ясно, почему многие выбирают семью. Однако я верю, что в скором времени в нашей профессии будет больше женщин: на это указывают амбиции окружающих меня людей. Конкуренция только закаляет нас и в целом как-то обогащает профессию — в сфере высокого искусства особенно важна мотивация. Если честно, на данном этапе «неравенство» только играет нам на руку: от нас не ждут чего-то гениального, и можно спокойно работать и совершенствоваться.

Екатерина Кочеткова и Nella Musica в парке Зарядье. Фото из соцсетей

— Как вы видите будущее симфонической музыки? Будут ли востребованы традиционные концерты классической музыки, или необходима трансформация, слияние с другими формами искусства, например, визуальными?

— Сейчас в этой консервативной, академической сфере наблюдается период застоя, если можно так выразиться, потому что классическая музыка привлекает людей образованных. Конечно, таких ценителей меньшинство, и массовое сознание обращено к поп-культуре. Потому нельзя сказать, что традиционные симфонические концерты сейчас у всех на слуху и пользуются невероятной популярностью. Но мы работаем немного по-другому: наша аудитория — современная молодежь примерно от шестнадцати до тридцати пяти лет, и мы создаем для них актуальные программы, которые реально имеют успех. Весь секрет в чувстве ностальгии, которое вызывает выбранная нами музыка: мы исполняем саундтреки из знаковых фильмов и мультфильмов. Все это сопровождается красочным визуальным рядом, дополняется особенной атмосферой киновселенной, которой посвящен концерт. У нас есть программы по мультфильмам Disney, мирам Миядзаки, «Гарри Поттеру», фильмам Marvel, по аниме, компьютерным играм и так далее. Обращение к горячо любимым и культовым проектам привлекает молодых слушателей. И да, синтез искусств, музыкального и визуального, действительно позволяет симфоническим концертам не терять своей актуальности, добавляет им жизненности. Это нечто вроде шага в будущее, где музыка лечит души, успокаивает, «возвращает домой». Признаться, у нас даже есть кое-какие масштабные планы: мы хотим наладить международное сотрудничество. Собираемся выступить в ОАЭ — пока в списке Дубай и Абу-Даби. Люди заинтересованы в таком искусстве, высоком и понятном одновременно. Будущее у симфонической музыки точно есть. Возможно, не в прежнем ее виде, а в какой-то формации, но людям просто необходимо находить успокоение в звучании. Мы получаем обратную связь, когда выступаем с программой, так вот некоторые пишут, что после концерта к ним вернулось желание жить. Музыка исцеляет. И, конечно, с помощью искусства можно и нужно воспитывать подрастающее поколение: концерты дарят гармонию, наставляют на верный путь.

Антон Приезжев